This is the US mirror of Russian site dedicated to Lubov Orlova, hosted by Russian Cinema directory

Любовь Орлова сайт- портрет

Статья Sally Morgan

Любовь Орлова

 

Зарисовки на полях или Попытка психоанализа

 

 

(Любовь Орлова в Сетях Всемирной паутины). Часть 1.

 

(по страницам «разноцветной» печати - Sally Morgan )

Попробую…Может, со временем из всего, здесь помещенного, когда-то и получится серьезная и внятная статья.

Итак…Вспоминаю себя…Точно помню, что время было позднее, для меня, шестилетней, это что-то около полдесятого-десяти вечера…Все в доме смотрят старенький «Волхов», и на его экране я вижу какую-то странную смешную картинку: домашние животные, резвящиеся за накрытым столом. Смутно помню, что картинка сопровождалась музыкой…Еще помню, что мне было очень интересно и хотелось посмотреть фильм, но меня прогнали спать.

И все. Больше не помню ничего.

Это было в 1974 году. Очевидно, что это была та самая знаменитая кинопанорама, приуроченная к юбилею «Веселых ребят», последнее появление Орловой перед зрителями…

Май 1981-го, точнее, первомайская демонстрация, на которую мы в обязательном порядке ходили…всей страной…Кажется, день тот был солнечным, но ветреным: тогда еще погода наша не была столь переменчивой, и в Сибири весна действительно долго не наступала, май почти всегда был весьма прохладным. И вот я после демонстрации, слегка замерзшая, сижу перед телевизором, на сей раз «Рубином», но тоже еще черно-белым…Показывали кинофильм «Цирк»…Смотреть я его села, предварительно подумав, что актриса в главной роли мне вообще-то не особо нравится… «Некрасивая», - как я однажды определила для себя по имевшейся в доме единственной открытке Орловой.

Что уж тогда произошло, какие душевные струны затронул во мне этот фильм, но, к его окончанию, я уже знала, что не захочу расставаться с образом белокурой женщины неземной красоты. Еще вчера презираемая, «нелюбимая» открытка актрисы перекочевала ко мне, и с тех пор долгое время сопровождала меня всюду.

Произошло то, что случилось и с миллионами мне подобных: я превратилась в фанатку Любови Петровны Орловой.

Фанатизм этот, однако, не перешел некие границы, и не превратился в то, что мои коллеги называли «синдромом Орловой»: если и хотелось мне в чем-то подражать кумиру, то исключительно в каких-то личностных качествах, а отнюдь не во внешности.

Важнее другое: знакомство с творчеством и жизнью актрисы привело меня в искусство, познакомив с ним глубоко и серьезно.

А кино тридцатых-сороковых годов я, без преувеличения могу сказать, знала не хуже любого киноведа из ВГИКа.

Стандартная информация о первой советской звездной паре, имевшаяся до 1985 года, мною прочитывалась как бы «между строк»; и как-то так случилось, что знала я об Орловой несколько больше, чем предполагалось по прочитанным публикациям, мне был понятен ее непростой характер и судьба.

И когда стали, как грибы после дождя, появляться в прессе сенсационные сообщения и подробности о паре Орлова-Александров, я еще больше убеждалась в правоте своего восприятия их.

Александрова я невзлюбила сразу. Как теперь выясняется, это отношение было не только мое, и имело под собой все основания.

В знаменитую квартиру на Большой Бронной в восьмидесятые, оказывается, можно было попасть запросто, заплатив трояк отпрыску рода Александровых, Грише-младшему, который собирал «группы туристов», стоя на углу дома под барельефом столь ненавидимой им Орловой.

Неудивительно, что при жизни Орловой александровская родня отнюдь не пользовалась ее расположением: замашки нуворишей, пытающихся «на шару» въехать в историю и поудобнее устроиться в жизни за спиной влиятельных и громких родственников пресекались ею, надо сказать, безжалостно, раз и навсегда.

Касалось это, видимо, и окружения подобных родственников, иначе откуда бы взялись нынешние их фразы о том, что «выгоняла…», «не предлагала чаю…», «ее все боялись…».

Уж кто-кто, а Орлова, я полагаю, не имела привычку приближать к себе людей не своего круга.

Звучит, быть может, несколько надменно, но – как это злободневно, особенно, в наши-то дни, когда стараешься быть в тысячу раз осторожнее в выборе друзей, приятелей и партнеров.

И, заметьте, сейчас далеко не тридцать седьмой год.

Вспоминаю эпизод уже из своей жизни, опять же в связи с Гришей-младшим…В январе 1987 года в Москве я познакомилась с одним из кинодеятелей, работавшим, если мне память не изменяет, в бюро пропаганды советского киноискусства. В гостях однажды он сказал мне такую фразу: «Да я сделал для этого фильма в тысячу раз больше, чем этот пропойца-внук!..» - речь у нас шла о документальном фильме Александровых (старшего и младшего) «Любовь Орлова», вышедшем на экраны тремя годами ранее.

Тогда я не придала значения этим словам, но теперь они служат прямым подтверждением того, что в поступках обожаемой мною актрисы случайностей, в общем-то, было мало…

И это их знаменитое «Вы», до сих пор не дающее спать спокойно и почитателям и недругам…Хотя…Действительно, удобно, когда работаешь бок о бок в статусе начальник – подчиненная. Если и существовала некая невидимая режиссура их судьбы, их образа, тогда, конечно, переход этого рабочего «Вы» со съемочной площадки в обыденные отношения, кажется, не выглядит таким уж странным.

Но все же это - еще одна очередная красивая, тщательно отредактированная сторона семейного быта, «которого не было».

«Там же сплошная лакировка!» - воскликнула Марина Ладынина, к которой я, шестнадцатилетняя, сообразила прийти «на интервью об Орловой».

Это к ней-то, к ее сопернице в кино! Наивная я была девочка…

Не правда ли, странно звучали слова Орловой о том, как обожала она своего «римского патриция», если поверить откровениям Интернета, будто их с Александровым брак был ни чем иным, как «творческим союзом», «договором», в котором места для нормальных человеческих чувств как бы и не предусматривалось…А что делать тогда с письмом того же Владимира Нильсена со съемок «Веселых ребят», в котором он, в числе прочего, писал: «…Гриша совсем потерял голову и, кажется, собирается после окончания съемок жениться…»?

Да и «Метропольные» конспирации супругов, по месяцу скрывавшихся под предлогом «симпозиумов в Подмосковье» от строгого и гнетущего характера маменьки, явно не были связаны с «творческим договором».

Но, скажу честно, публичное проявление неземной любви со стороны выглядит весьма…ммм…оригинально.

Взять вдову Рейгана – ее отношение к мужу перекликается с тем же, что и у Орловой, один в один: вспоминаю ее «взгляд обожания» во время выступлений президенствующего супруга.

В такие минуты мне вообще-то было слегка не по себе…Казалось, что смотря на эту пару, ты присутствуешь при чем-то слишком личном, когда случайно брошенный посторонний взгляд превращается в пошленькое подглядывание.

Думаю, не ошибусь, если скажу, что многие, видевшие подобное у Орловой и Александрова, испытывали такое же нормальное, здоровое смущение от слишком явно демонстрируемого личного.

Холодновато-чопорное «Вы», надо сказать, весьма органично вплелось в общую картину имиджа этой пары, сделав ее раз и навсегда непохожей ни на одну звездную пару того времени. Главные соперницы и соперники Орловой и Александрова были не менее популярны и обожаемы, но никто из них никогда не достиг того звездного Олимпа, на котором – только безусловное, немое обожание и поклонение, и откуда путь ведет только в Бесконечность и никогда – на землю.

Вернуться на землю – означало признать закономерность течения Времени, неумолимое приближение старости.

«Я никогда не буду старухой!» - это все она, Любочка.

Ставшая символом, идолом и вехой в истории отечественного кино, актриса боялась лишиться этого, открыв миру и самой себе то, что, в общем-то, никогда нельзя ни найти, ни потерять.

Однако же, единожды приняв в себе саму себя, Орлова не только не проиграла, а, наоборот, выиграла в битве со временем: роль миссис Сэвидж, уж какая возрастная, а – пришлась впору, как идеально сшитый костюм, как идеальная личина, идеальная маска, не только не оттолкнувшая от себя, но - открывшая те, другие, возможности, от которых так упорно отказывалась Орлова, искусственно отдаляя неминуемое.

«Русский сувенир» шестидесятого закончился трагифарсом «Скворца и Лиры» в семьдесят четвертом, и эхом звучит в наше время при взгляде на Людмилу Гурченко.

Препарировать эту, безусловно, невротическую сторону личности Орловой под силу только опытному психоаналитику. Кто знает, если бы тогда, в 30-х, 40-х, 50-х, существовала в СССР такая специальность, не имела бы Орлова гораздо более длительную и успешную жизнь на экране и в театре, выиграв в той самой битве, когда не надо казаться, чтобы быть, но – только быть, чтобы казаться?

«Когда-то мне казалось, что великую битву за жизнь мы ведем в молодости…Ничего подобного: когда мы стареем, вот когда битва за жизнь разгорается и кипит, кипит!..» - Пат Кемпбелл, «Милый лжец», одна из самых удачных и любимых ролей Орловой в театре им. Моссовета.

Еще один любопытный штрих к звездному портрету: некая «переносная кабинка на колесах», сопровождавшая актрису на всех съемках. Для работы над ролью ей требовалась полная тишина и изоляция.

Все так и…меж тем прозаическая правда, которая могла обнаружиться за этой очередной странностью, скрывалась Орловой столь же тщательно, как ее происхождение и возраст. Болезнь Меньера (патология вестибулярного аппарата), означающая светобоязнь и приступы головокружения на ярком свету, вполне могла проявить себя в самый неподходящий съемочный момент. Но идолы не могут болеть, как простые смертные…И «кабинка», изначально предназначенная, может быть, для улучшения самочувствия, превращается в некий символ особого стиля работы над ролью.

Хотя…Кто знает, может, и это позаимствовано опять-таки оттуда, из настоящего Голливуда, с поправками на существующее положение дел.

Там вообще-то на многое можно было бы ставить модный нынче «копирайт».

«Синдром Орловой» - любопытный психиатрический диагноз, о котором вы не прочтете ни в одном учебнике. Возникший в СССР с появлением «Веселых ребят», и расцветший в эпоху «Цирка», он означал настоящую массовую истерию. Ладно бы хотели все перекрасить волосы, изменить внешность, походку или голос…Но ведь доходило до того, что поклонницы объявляли себя дочерьми актрисы (которых у нее, как известно, не было), а некоторые и вовсе считали, что душа Орловой переселилась в них…Бог с ним, с переселением, мало ли примеров, когда больной считает себя Христом, Наполеоном, Сталиным или Гитлером, но интересно, что именно Орлова оказалась в ряду этих «избранных» персонажей. И то, почему она вызывала подобное чувство: «неземное» обожание, доводившее некоторых до сумасшествия (сама видела одну такую историю лет 15 назад).

Особенно показателен в этом смысле «Цирк»: картина из «не нашей» жизни, замешанная на вечных, как мир, чувствах: любви матери и женщины.

Мне кажется, притягивало в фильме каждого свое, сугубо личное. И это отнюдь не политика и внешняя фабула сценария, а именно то самое, скрытое, материнское и женское…Некий подсознательный идеал, который искали и находили те, кто ощущал себя хоть в чем-то обделенным или не самодостаточным…Помножьте все на голос Орловой, на музыку Дунаевского, которая сама по себе способна и сейчас кого угодно ввести в патриотический транс, слова песен, и по-операторски великолепно поданную «картинку» героини…И вот вы уже в плену!

Конечно, все это – моя личная трактовка вопроса.

Могу и ошибаться, но вот намного ли?

О детях. Вообще, «копание» в личной жизни великих – занятие, скажем, так, неблагодарное и муторное – порой, выясняется такое, что лучше бы уж в сознании оставалась идеальная картинка кумира.

Но – так устроен человек: чтобы возвысить себя до великих, ему обязательно нужно знать больше, чем он знает, и, желательно, чтобы область «знаний» при этом лежала в пределах «кухня-дети-постель».

Подобное занятие равным способом позволяет «опустить» тех же великих до уровня нас, простых смертных, их обожающих.

Так сказать, искусственное равенство, хотя бы в мыслях. Если уж не дано соприкоснуться в реалиях.

Итак, вопрос: были или не были?

«Доподлинно известно», что «не были, но могли». И все.

А почему да отчего – сама она уже не скажет, как не сказала толком внятно никому, в общем-то, даже близким.

А между тем, если немного подумать…

Карьера? Вполне допускаю, ибо эгоизм всегда ее неизменный спутник.

Но – какая карьера была еще в конце двадцатых, с Берзиным? Что, уже тогда, что ль, просматривалась будущая «звезда Красного Голливуда» со всеми ее атрибутами звездного имиджа и образа жизни?

Конечно, нет, если в кабинет режиссера в студию входила робкая, краснеющая Орлова, разговаривающая с нотками оправдания в срывающемся голосе.

Не так уж поздно она вышла замуж за Берзина, чтобы не познать материнство.

Значит, была иная причина, или причины, если их несколько…Думаю, что их действительно было несколько. И крыться они могли не только в самой Орловой, но и в ее семье и окружении.

А тогда еще, с Берзиным…Не стоит, наверное, нам сбрасывать со счетов его судьбу вечного ссыльного.

Страх - чувство, которое отнюдь не располагает к реализации материнства…Он-то и мог стать основной причиной, главным ответом на все последующие, многолетние и назойливые «почему?».

Оправдали ли себя все ее жертвы, созданные мифы и легенды, и сейчас сказать непросто.

С одной стороны – да, она, безусловно, реализовалась – так, как хотела, вознесясь на кинематографический Олимп не просто Советского Союза, но и всего мира.

С другой – болезнь под названием «рак» не приходит просто так, и к кому попало.

Кем-то когда-то уже доказано, что в основе рака, с точки зрения психологии, лежат накопленные за всю жизнь отрицательные эмоции, скрывавшиеся и не имевшие выхода во внешний мир – обида, страх (опять он!), внутреннее одиночество…Все, что положила она на алтарь своего Счастья, бумерангом вернулось ей обратной стороной медали под названием Жизнь.

Черное и Белое, как черный парик и белокурые локоны незабвенной Марион в «Цирке», верящей в чудеса и небеса.

Любовь Орлова

Зарисовки на полях или Попытка психоанализа

 

(Любовь Орлова в Сетях Всемирной паутины). Часть 2.

Какая у нас все-таки путаница в цифрах! Я просто не могу представить, что можно писать о ком-то биографические сведения и не заглянуть предварительно хотя бы в официальный талмуд типа БСЭ.

Мало того, что хаос вносила сама актриса, запрещая указывать свой точный возраст, так теперь еще и многочисленные авторы юбилейных и не очень публикаций договариваются до Бог знает каких дат - от общеизвестных 29 января (11 февраля), до…31 января и 24 мая (интересно, а эта-то цифра с какого бока вообще появилась?)

Однако, кажется, я и сама могу сегодня внести не менее эффектную лепту в этот цифровой круговорот: сдается мне, что в документальной передаче Глеба Скороходова об Орловой (цикл «В поисках утраченного») промелькнула одна любопытнейшая бумага, в которой четко и ясно проставлены даты рождения семьи Орловых. Если я помню, как следует (уточню), то дата, касающаяся Любови Орловой, указана…16 января 1902 года!

Простое сопоставление старого и нового календарей даст нам то самое 29-ое января. Выходит, что никто особо-то и не врал насчет годов. Только вот Орлова все же отмечала свои даты по-новому, изящно отодвинув настоящую дату аж на три с лишним недели (16.01. старого стиля и 11.02. - нового).

Александров, бывший младше своей жены на год, в какой-то публикации, почему-то, представлен «стареньким Александровым, опекающим Орлову»…Хм…Речь-то идет об Орловой тридцатых-сороковых!

Это уж точно на совести «авторов»!

А на совести родственников – все те «желтые» откровения, которые, по их мнению, должны были произвести «эффект разорвавшейся бомбы».

Думаю, что эффект как раз и случился…Только не по тому адресу: повторюсь, что многое во взаимоотношениях родственников с одной и другой стороны после подобных откровений становится более, чем понятным.

Но справедливо и другое: Дуглас Александров, по свидетельству знавших его людей, был очень хорошим, добрым и душевным человеком… Воспитала его сестра Александрова. Кстати, Орлова относилась к нему абсолютно нормально, а во время войны принимала участие в устройстве молодого человека в пулеметную школу в Туле: «Дуглас в Туле в пулеметной школе. Все случилось очень быстро. Ни в какую другую школу устроить было не возможно – без десятилетки. Он расплачивается за свою лень, бедняга…Жалко!» - писала она в 1943 г. Иосифу Пруту, с которым дружила еще с детских лет (копия этого письма, любезно переданная мне Иосифом Леонидовичем, сейчас хранится у меня).

Дуглас работал оператором – по одним сведениям, в Минобороны, по другим – в КГБ. И умер очень рано – от разрыва сердца: нес на руках из машины свою старенькую тетку…Стало плохо с сердцем.

Александров, как говорили, не был на похоронах сына: к тому времени он уже был серьезно болен – болезнь Альцгеймера (то же, что было и у Рональда Рейгана, умершего совсем недавно), когда нарастающее слабоумие превращает человека в подобие вегетативного существа, никого не узнающего, ничего не понимающего.

«Хорошо, что она первая…» - слова его по отношению к смерти собственной жены выглядели бы поистине кощунственными, если бы…если бы не понимание – тогда еще понимание! – ситуации с самим собой и с теми, с кем оставался, слава Богу, он сам, а не она: кто знает, что произошло бы с Орловой, переживи она мужа.

Наследники, теряющие последний рассудок и совесть в попытках «урвать хоть шерсти клок» - не такая уж редкость во все времена.

А уж поверьте мне на слово, там было, что «урывать». Разговоры о том, что актеры всегда были бедны, и даже Любовь Петровна сдавала свое манто костюмерам театра - сказка и только, по отношению к ней, к Орловой, конечно.

BirthdayА сейчас некоторое отступление от связности повестовования; мой обещанный возврат к вопросам о цифрах - в упомянутой выше передаче Скороходова (я не поленилась, нашла ее и посмотрела запись 1996 года) четко видно, как в документе машинописным текстом указаны все необходимые сведения об отце Орловой, в числе которых есть и такие фразы: «Женат первым браком на (замазано Орловой) Евгении Николаевне Сухотиной, род. 9 Марта 1878 г. Имеет детей: дочерей, родившихся: Анну – 2-го Декабря 1897 г., Любовь – 16-го Января 1902 г.»

Ну, что, надеюсь, этот вопрос нашел свой исчерпывающий ответ.

Кстати, 16-ое января старого стиля не подходит под знак Водолея: как хотите, а характер моей героини никак не укладывается в рамки «воздушного» Зодиака.

«Земной» Козерог – упорный, настырный, скорее, трудолюбивый и честолюбивый, нежели сверхталантливый, и к тому же очень консервативный в выборе привязанностей и привычек – вот ее точная характеристика и тот знак, под которым она на самом деле родилась и жила. И неважно, что потом 16-ое «перепрыгнуло» в знак Водолея, превратившись в 29-ое: как сложилось именно при рождении, так оно и шло, согласно звездам, всю последующую жизнь.

Так что милые «звездочеты» и деятели от соционики немного ошибаются. Что ж, бывает!..

Для дам-поклонниц парфюмерии, к коим я себя тоже отношу: упоминались в книге Дмитрия Щеглова какие-то духи со странным названием «Шануар».

Меж тем, таковых, насколько мне известно, не существовало: были и есть « Shalimar » («Шалимар») от Guerlain , созданные в 1925 году и не утратившие своего очарования и магии по сей день.

Так что вот вам еще один штрих к портрету: для знатоков парфюма пристрастие человека к определенному запаху сможет сказать так же много, как и астрологу – дата и время рождения, разумеется, точные, а не выдуманные.

Вдумайтесь: сверхэротичный « Shalimar », и – холодная, якобы, асексуальная сущность Орловой…Еще одна «неувязочка» в биографии?

И третья «тема» этой части: трио Эйзенштейн-Александров-Орлова.

Вот уж где разгулялись все, кому не лень, как и на еще одной теме, касаться которой я здесь пока не буду из соображений малодостоверности и просто профессиональной этики.

Итак, творческое содружество Мастера, коим в середине 20-х уже был Эйзен, как звали его друзья, и его соратников: Александрова, Штрауха, Тиссе и других. Поскольку речь идет конкретно о Григории Александрове, то об остальных я позволю себе упомянуть вот так, в перечислении.

Европейско-американско-мексиканский вояж 1929-1932 годов завершился работой над фильмом «Да здравствует Мексика!» почти через полвека.

Но он, этот вояж, ценен истории все-таки тем, что дал киноискусству Советской страны нового, непохожего ни на кого режиссера, снимавшего «веселые, легкие, как он сам», картины, и явившего нам «советский вариант» Голливуда в лице Любови Орловой.

Влюбленный в Марлен Дитрих, он воплотил свои мечты о такой актрисе в своих картинах: не случайно ее так не любила Орлова. Какой женщине понравится сравнение ее еще с кем-то? А уж тем более, если эта женщина – актриса, и не просто актриса, а – символ, идол, богиня.

Как же хорошо все-таки сказано про нее было в том же последнем александровском фильме: «Кажется, она и родилась для роли звезды…» - из сохранившейся у меня фонограммы.

А Александрову всю жизнь «аукалось» общение с Эйзенштейном.

Сейчас-то в искусстве и шоу-бизнесе принято подчеркивать свою «разноплановость» в сексуальном отношении, а тогда…Мне просто интересно, почему Александрова не арестовали НКВДэшники по такому, казалось бы, удобному поводу, еще в начале тридцатых? Да еще и после заграничного вояжа.

Или обо всем стало известно только после его женитьбе на Орловой? Хм…

Достоверно известно, что Эйзенштейн, действительно, не был женат, обладал на редкость своеобразным характером и ужасно противным, немужским, голосом (параллели с современными обладателями такого тембра не станем уж здесь проводить).

Кто знает, кому сейчас верить…В самом разгаре перестройки я как-то наткнулась на статью об Эйзенштейне, кажется, в журнале «Стас», которая потрясла меня своими откровениями. Так вот, рассказчик как раз ссылался на слова Александрова, приведу их здесь по памяти и не стану претендовать на математическую точность цитаты, хотя за смысл – ручаюсь стопроцентно: «Я никогда не видел его х..». Вот так вот.

Правда, автор, понимая, что такое слова великого рассказчика и фантазера Александрова, сам сделал поправку на то, что это сообщение ему показалось не то, чтобы абсолютно недостоверным (ну, можете ли вы представить, что вы три года бок о бок будете работать с коллегами, и ни разу не сходите вместе в баню? Сомневаюсь, хотя бы с точки зрения житейской правды), но все же весьма сомнительным. Как и мне, кстати.

Впрочем, задачей моей не стоит подтверждение или опровержение проблемы «было или не было голубое прошлое», но – почему Орлова так ненавидела Эйзенштейна, равно как и он ее?

Ну, он - понятно: увести ученика из-под носа, - кому понравится? Да еще в жанр, категорически противоположный всему, что делалось им до этого…Мало ли, какие планы поначалу были у троицы, вернувшейся в Россию из своего вояжа? Честно сказать, я там так и не поняла хронологию: когда именно у Александрова созрела мысль уйти от Учителя в свободное плавание и начать работу над «Музыкальным магазином», как, если не ошибаюсь, вначале звались «Веселые ребята».

Она: влюбленная в «золотоволосого бога», всю жизнь вынужденная «отмывать» его от сплетен, пересудов и «понимающих взглядов». Если хотя бы немного представить себя на месте Орловой…Да еще и с ее характером…И с убеждением, что ее «Гриша – это гений»…То все будет ясно без каких-то заумных объяснений.

И еще: в 1937-38 г.г. фигурировало в НКВД дело, в котором упоминались все они, все трое…Катастрофы удалось избежать, но…Еще одна возможная причина размолвок, политическая.

И почему только Орлову ненавидел Эйзенштейн, если уж между соратниками «что-то было»? Почему эта нелюбовь не распространялась на первую жену, Ольгу, о которой Эйзенштейн, кстати, упоминал в своих письмах к Грише: «Ольга уже разбирает материалы и передает тебе кучу приветов…»?

Опять «неувязочка»?

Вопросы…вопросы…Найдем ли когда-нибудь по-настоящему правильные ответы, так, чтобы уж было совсем точно, совсем понятно?

А надо ли искать именно «клубничку»? Или достаточно понимать, чтобы знать?..

Недостижимая вот уже сколько десятилетий, звезда остается все такой же, далекой и неуловимой.

Как жила, о чем мечтала, о чем думала в самые радостные или сложные периоды своей жизни, и в конце ее, перед лицом той, кого она, по собственным словам, совершенно не боялась?

Любопытно, как подробно расписывается ее последний Новый год, встреча 1975-го…Я только не поняла, в каком жанре написана статья об этом – фэнтэзи, что ли?

Ибо никак не могла умирающая, на последней стадии рака, Орлова поступать так, как там описано – красиво, романтично, но – абсолютно нереально. Какие-то воспоминания…Разлитые духи, подаренные Чаплиным (?) – уж не потому ли он упоминается, что автор где-то услышала, какими домашними прозвищами звали друг друга Орлова и Александров (Чарли и Спенсер, от имен самого Ч.С.Чаплина)?..

Что там еще? В кучу свалено все, начиная от Берзина и бессонницы, и кончая Внуковом, в котором Орлова, отпущенная с Александровым из Кунцевской больницы, никак не могла оказаться по причине немощности своего состояния.

Действительность, которая была: она многим звонила в тот последний день года. Это запомнилось. Звонила она из больницы и из квартиры на Бронной - по сути, прощалась с близкими, друзьями, коллегами. Во Внукове она пробыла совсем недолго, уехав туда вскоре после Нового года, а потом…потом – все. Конец, когда человека совершенно оставляют силы и уходит желание жить, наступил очень быстро: она угасала, отгородившись в палате даже от него, своего единственного дорогого человека.

Первая кома была недолгой, она вернулась, успев осознать приближение неизбежного.

И позвала: «Гриша, что же Вы не приезжаете ко мне?..Приезжайте…Я жду…». Сорок минут – и он уже рядом.

«Как Вы долго…». Это был день его рождения, 23-е января.

Вторая кома закончилась смертью через три дня.

Ее не стало 26-го числа, в воскресенье, а похороны состоялись 29-го…Помните, что означает эта дата в свете новых, мной найденных, сопоставлений?

Родилась 16(29) января 1902 года, умерла 26 января 1975 года и похоронена 29 января.

Надо же, какая математическая и мистическая точность в жизни той, которая так тщательно скрывала именно ее!

А зачем она нам сейчас, эта точность?..

«…Мне никогда не будет больше тридцати девяти лет! Ни на один день…».